Констанс О`Бэньон - Рыцарь Золотого Сокола

— Впрочем, сейчас еще не время говорить об этом. Прежде чем что-то окончательно решить, я должен выяснить намерения Генриха. — Возможно, в глубине души Райен уже готов был выполнить любые требования короля ради того, чтобы спасти жизнь своей сестры. Он оставался у ее ног, покуда ее отяжелевшие веки не смежились и она не уснула.

Вскоре в замке повернулся ключ, и на пороге появился кардинал Фейлшем. Сделав знак двум стражникам, сопровождавшим его, остаться за дверью, он прошел через всю комнату и остановился у окна, ожидая, когда принц обратит на него внимание.

Райен тихо, чтобы не разбудить сестру, поднялся с пола и подошел к незваному гостю. Тот, по-видимому, был сильно взволнован.

— Ваше Высочество, сложившееся положение очень серьезно.

Райен окинул его насмешливым взглядом.

— Любопытно узнать, ваше преосвященство, что именно привело вас к такому умозаключению. И с каких это пор мои дела начали вас так беспокоить?

Кардинал Фейлшем опустился на скамью. Он, безусловно, не был настроен шутить.

— С той самой минуты, когда выяснилось, что они напрямую касаются королевы Джиллианы.

Райен с сомнением покачал головой.

— Впервые в жизни я чувствую недоверие к служителю Господа. Скажите, для чего вам понадобилось столь беззастенчиво выдавать эту женщину за королеву?

Кардинал Фейлшем укоризненно посмотрел на него.

— На вашем месте, принц, я бы не торопился с такими обвинениями. Заверяю вас, что она действительно дочь погибшей королевы Фелисианы. Все, что сегодня говорилось о ней, — чистая правда! До самого последнего времени королева Элинор держала ее местонахождение в глубокой тайне, чтобы оградить ее от интриг английского и французского королей.

— Но почему эта тайна должна была раскрыться именно сегодня? Неужели только для того, чтобы спасти меня от казни?

— Мы долго размышляли о том, как и когда должно произойти ее первое появление. Возобладало мнение тех, кого равно заботила ее безопасность и ваша жизнь. Так вышло, что ваши судьбы переплелись… и думаю, что скоро они переплетутся еще теснее.

— Ага, речь, кажется, уже идет о свадьбе? — В глазах Райена вспыхнул недобрый огонек. — Интересно, какая выгода королеве Джиллиане от этого союза?

— Что вы знаете о Ее Величестве?

— Ровным счетом ничего.

— Тогда позвольте, я вам расскажу о ней хотя бы немного. Из Талшамара ее вывезли ребенком много лет назад, в ночь смерти ее матери, С тех самых пор и до сего дня над нею постоянно висит смертельная угроза… Но вы можете ей помочь.

— Чего ради я должен ей помогать? — резко оборвал его Райен.

— Хотя бы ради того, что сегодня она подвергла себя величайшему унижению, чтобы спасти вас и принцессу Кассандру. Не сыграй она так убедительно свою роль, вас сейчас бы уже не было в живых.

Внезапно Райен почувствовал смертельную усталость.

— Довольно, ваше преосвященство. Как я могу помочь королеве Джиллиане?

— Женитесь на ней, — просто сказал кардинал.

— Но у меня уже есть невеста. Я люблю ее и не собираюсь жениться ни на ком другом.

Кардинал сокрушенно покачал головой.

— И по этой причине вы готовы отвернуться от королевы Джиллианы, бросив ее на милость двух королей, английского и французского? А ведь вам хорошо известно, какова их милость.

— Я не понимаю, почему церковь проявляет в этом деле такую заинтересованность.

— Папа желает возвести на талшамарский престол законную королеву страны, ибо обещал это своему предшественнику, Папе Александру. Александр же, насколько мне известно, был кузеном королевы Фелисианы, мудрой и благочестивой правительницы.

— Наверняка и без меня найдется немало претендентов на руку королевы Джиллианы, — с досадой произнес принц.

— Подумайте, Ваше Высочество. Ведь Талшамар — одно из богатейших королевств в христианском мире. Это страна плодородных земель, обширных виноградников, страна просвещения и искусства. Многие и многие мечтали иметь ее своим трофеем — вам же она предлагается в дар.

— Но я не желаю этого дара.

Лицо кардинала приняло озабоченное выражение видимо, он подыскивал новые убедительные доводы. Внезапно он понял, что может поколебать несговорчивого принца. Надо воззвать к его чувству долга!

— Насколько мне известно, при заключении королевских браков любовь редко берется в расчет, — повел кардинал новую атаку.

— Да, в браке моих родителей любовь не сыграла никакой роли, — согласился Райен. — Но я надеялся стать исключением.

— Вот уж не думал, что вы способны поставить любовь к женщине выше интересов своей страны, Ваше Высочество.

На сей раз он, видимо, попал в точку, потому что Райен нахмурился и принялся возбужденно шагать по комнате.

Кардинал терпеливо ждал, предоставляя ему время для раздумий.

— Когда должен состояться обряд бракосочетания? — спросил наконец Райен.

— Полагаю, что сегодня.

— И что от меня потребуется потом? Кардинал ненадолго замялся.

— Королева Джиллиана не может чувствовать себя в безопасности до тех пор, пока у нее нет наследника.

— Вы хотите сказать, что, как только появится младенец, я могу быть свободен от обязательств по отношению к ней?

Кардинал Фейлшем опустил глаза.

— Церковь обыкновенно не дает санкции на развод. Но при некоторых особых обстоятельствах заключенный брак может быть впоследствии аннулирован. Я предварительно навел кое-какие справки и выяснил, что у вас с Ее Величеством имеется отдаленное родство по линии бабушек. При желании это может послужить достаточным основанием для того, чтобы объявить ваш брак недействительным.

— Значит, мне надо только обеспечить королеве наследника, а потом я волен жениться на ком пожелаю — правильно я вас понял?

— Я уверен, что мне удастся убедить Его Святейшество аннулировать ваш брак… если вы согласитесь на наши условия. Королева Джиллиана подарила вам жизнь, вы подарите ей ребенка — мне кажется, это вполне справедливо.

— А если она после этого не пожелает развода — что тогда?

— Насколько я понимаю, этот союз приятен ей не более чем вам. Тут вы совершенно единодушны. Но, мне кажется, ни у нее, ни у вас нет выбора, да и раздумывать тоже некогда. Король Генрих давно уже мечтает присоединить к своим владениям Фалькон-Бруин и Талшамар. Чем больше времени вы проведете у него в заключении, тем больше у него шансов осуществить свои мечты. Я полагаю, вам это ясно?

В комнате повисло долгое молчание. Райен думал о прекрасной Катарине и о том, как она примет весть о его неожиданной женитьбе. Нужно как-нибудь сообщить ей, что весь этот брак не более чем лицедейство. Он освободится от него тотчас же, как только сыграет отведенную ему роль.